Штайнмайер совершил поворот на 180 градусов: Германия должна принять Олимпиаду-2036
Канцлер Германии Олаф Шольц также ранее выражал скептицизм относительно возможности подачи заявки на Олимпийские игры 2036 года, однако в последнее время тон дискуссии внутри политического истеблишмента ФРГ заметно изменился. Поворотным моментом стало заявление президента Франка-Вальтера Штайнмайера, который, по информации новостного портала Tagesschau, преодолел свои исторические опасения и выступил за проведение Игр именно в 2036 году.
Главным камнем преткновения долгое время оставалась символическая дата: ровно сто лет отделяют потенциальные Игры в Германии от печально известной летней Олимпиады 1936 года в Берлине. Тот турнир, проведённый при нацистском режиме, стал одним из самых спорных событий в истории спорта — он использовался пропагандистской машиной Третьего рейха для демонстрации миру образа «сильной и единой» Германии, скрывая при этом преследования евреев и подготовку к войне. Журнал Spiegel ранее сообщал, что именно из-за этой «исторической проблемности» Штайнмайер изначально приветствовал возможное проведение Олимпиады в ФРГ только в 2040 или 2044 годах, подальше от зловещего юбилея.
Однако, как теперь стало известно из канцелярии президента ФРГ, прежние опасения Штайнмайера никуда не исчезли, но претерпели качественную трансформацию. «Я очень надеюсь, что после игр в Мюнхене в 1972 году Олимпиада наконец-то снова пройдёт в Германии», — заявил президент в эфире телеканала ARD. Ключевым аргументом в смене позиции стала уверенность Штайнмайера в том, что все стороны, заинтересованные в подготовке и проведении Олимпиады 2036 года, подойдут к этой дате с должной ответственностью.
Что стоит за этой уверенностью? По мнению аналитиков, современная Германия накопила колоссальный опыт исторической рефлексии. Проведение Игр через сто лет может стать не празднованием юбилея той трагической Олимпиады, а её окончательным преодолением — возможностью показать миру другую страну: демократическую, толерантную и открытую. Немецкие спортивные чиновники и политики, комментируя ситуацию, подчёркивают, что концепция потенциальной заявки будет включать мощный образовательный и мемориальный компонент. Например, на территории бывшего Олимпийского парка 1936 года могут быть организованы выставки, посвящённые жертвам нацизма, а церемонии открытия и закрытия — призваны подчеркнуть ценность мира и прав человека.
Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов и экономическую составляющую. Олимпийские игры — это огромный двигатель для инфраструктуры. Германия, будучи крупнейшей экономикой Европы, располагает почти всем необходимым: гостиничной базой, транспортной сетью, стадионами. Однако без модернизации, стимулированной олимпийской заявкой, многие объекты продолжают стареть. Последний раз ФРГ принимала летние Игры в трагическом 1972 году в Мюнхене, который запомнился не только спортивными достижениями, но и терактом против израильских спортсменов. С тех пор прошло более полувека, и общественный запрос на «праздник спорта» внутри страны, судя по опросам, постепенно растёт, несмотря на скептицизм экологов и градостроителей.
Международный олимпийский комитет (МОК), к слову, уже несколько лет продвигает новый подход к выбору столиц — «Олимпийская повестка 2020», которая снижает стоимость заявок и делает их более гибкими. Для Германии это шанс воспользоваться наследием прошлого: перепрофилировать арены, построить доступное жильё и ускорить переход к «зелёным» технологиям.
Остаётся главный вопрос — какой именно город поборется за честь стать столицей Игр-2036? Берлин, безусловно, является историческим и логичным претендентом из-за прямой связи со столетней годовщиной. Однако конкуренцию могут составить Гамбург (который уже дважды неудачно пытался выдвинуть заявку на летние Игры) или Франкфурт-на-Майне. Решение о выдвижении единого кандидата потребует сложной координации между федеральным центром, землями и спортивными федерациями.
Таким образом, заявление Штайнмайера — это не просто смена мнения одного чиновника. Это мощный политический сигнал как национальному спортивному сообществу, так и всему миру. Германия готова вступить в гонку за главный спортивный турнир столетия, взяв на себя обязательство раз и навсегда «переписать» историю 1936 года не громкими нацистскими лозунгами, а современными ценностями демократии, инклюзивности и спортивной честности. Теперь слово за правительством, которое должно оценить бюджетные риски, и за МОК, который, скорее всего, с интересом воспримет столь неоднозначную, но потенциально очень значимую заявку.
