Госсектор все активнее закупает VPN-сервисы для приватности
В 2025 году российский госсектор и бизнес продемонстрировали заметный рост интереса к сервисам VPN, что отражает глобальную тенденцию повышения значимости информационной безопасности и защиты данных в цифровой среде. Согласно аналитическим данным «СКБ Контур», количество закупок VPN за минувший год увеличилось на 18,5% и достигло 10 300 процедур, однако общий объем заключенных контрактов при этом снизился на 25,9%, составив 24,43 млрд рублей. Этот парадоксальный эффект объясняется множеством факторов, включая уже реализованные многолетние контракты и перераспределение бюджета между крупными и мелкими закупками.
Наибольшие суммы на приобретение VPN традиционно тратит именно госсектор. В 2025 году расходы государственных органов и учреждений на VPN составили почти 20 млрд рублей, что значительно меньше по сравнению с 29,18 млрд рублей в 2024 году. При этом число проведенных процедур по 44-ФЗ — закону о государственных закупках, который характеризуется высокой прозрачностью и строгими требованиями к участникам — увеличилось до 4300. Это свидетельствует о том, что государственные структуры продолжают активно оснащать свои системы средствами безопасного соединения, но уже с меньшими затратами на каждую отдельную закупку.
Для госкорпораций и компаний с госучастием закупки проводятся по 223-ФЗ, где правила более гибкие и заказчик сам устанавливает критерии отбора и форматы процедур. В 2025 году количество закупок по этому закону выросло с 468 до 532, а их суммарная стоимость увеличилась на 32%, достигнув 3,28 млрд рублей. Интересно, что часть закупок VPN ушла в закрытый режим на специализированные электронные площадки, что снизило видимый объем рынка в открытых сегментах госсектора.
Бизнес, в отличие от госсектора, закупает VPN на относительно меньшие суммы. В 2025 году было проведено около 1000 коммерческих закупок на общую сумму 791 млн рублей. Число малых закупок выросло с 3400 до 4500, а их общая сумма — с 345 млн до 482 млн рублей, при этом средняя стоимость одной закупки составила примерно 100 000 рублей. Такие закупки не всегда отражаются в официальных отчетах и могут не попадать на радары открытых аналитических систем.
Эксперты «СКБ Контур» объясняют снижение совокупного объема закупок эффектом отложенного спроса. Крупные заказчики ранее обеспечили себя многолетними контрактами на VPN-инфраструктуру, что снизило необходимость в новых крупных закупках в 2025 году. Таким образом, рынок постепенно смещается в сторону малого и среднего бизнеса, который нуждается в компактных и доступных решениях для обеспечения безопасного удаленного доступа и защиты данных.
VPN (Virtual Private Network — виртуальная частная сеть) позволяет создавать защищенные сетевые соединения поверх общедоступных или корпоративных сетей. Для государственных органов и учреждений VPN необходим для безопасного доступа к государственным информационным системам, соединения филиалов, удаленной работы сотрудников, защиты конфиденциальной информации и предотвращения кибератак. Госкорпорации и крупные компании используют VPN для объединения распределенной инфраструктуры, безопасного доступа персонала к корпоративным ресурсам и защиты IT-систем от внешних угроз.
В обоих сегментах VPN становится базовой инфраструктурной технологией, без которой невозможно обеспечить безопасную передачу данных и эффективное управление распределенными системами. Юрий Драченин, замруководителя продуктовой группы «Контур.Эгида» и Staffcop, отмечает, что крупные организации, уже внедрившие комплексные и дорогостоящие VPN-платформы, сокращают объем новых закупок, тогда как спрос на небольшие решения постепенно растет среди малого и среднего бизнеса.
В целом динамика рынка VPN в 2025 году демонстрирует две ключевые тенденции: рост числа закупок при сокращении среднего бюджета и смещение спроса от крупных государственных и корпоративных клиентов к малому бизнесу. Эти изменения отражают общую стратегию оптимизации расходов, использование многолетних контрактов, а также усиливающуюся потребность в защищенных коммуникациях в условиях цифровизации государственных услуг и корпоративной деятельности.